back
forward

ENDKAMPF

 

DAHAKA (wahn)

 

Scenario for Allerseelen & Deutsch Nepal

 

Когда мы умерли - тогда мы пробудились. Может быть... Может быть когда то мы были прострелены очередями из пулеметов грязно-стальных геликоптеров, когда ревущие толпы бежали в неизвестном направлении. Это было сродни вспышке. Все перегорало мгновенно. Существование в этой реальности прекратилось... IS OVER...

Прости, я пишу тебе невнятно. Высокие материи перетираются сальными пальцами. А геликоптеры ищут нас, вглядываясь воспаленными окулярами прицелов в мертвые улицы. Мы где-то там, на краю всего...Мы прячемся в километрах канализаций, где возводим алтари Нового Эона.

Мы застыли в разверстых пастях пещер. Зверь пожрал нас. О, великий Тэрион! О, мятущийся Энлиль Бездны! О, владыка Ганзира!

На наших остановившихся взглядах сетка выполненной программы. Тела разорваны. Плоть пробита насквозь и в кровавых дымящихся лужах рождается трепещущее Дитя. Оно пытается улыбнутся беззубым исковерканным ртом. Тощие костлявые ручонки царапают влажную атмосферу. Неестественно дегенеративная головка с оскалом дауна начинает пожирать Пространство. Ибо мы пробудились...

Наше Дитя выношено и родилось вовремя. Прими его и окрести Священным Именем. Фра, прими его.

 

******

Его дыхание обжигает песчаными бурями Ирама Многоколонного, а в его декабрьских зрачках отблеск могучих волн Арктиды. В его ладонях пепел потухшего огня. Мы вновь зажигаем его от проснувшихся вулканов Пангеи. Над девственной Евксинией малиновое зарево костров Хаджа. Фра, настала Эра Пророков. Мухаджиры повергли неверных псов Заката. Это рассветная молитва... Намаз на краю пустынь, откуда вышло сгинувшее племя А-АД. Фра, нас манят затерянные тропы, чтобы вывести из Чертога Эрешкигаль... Мы шествуем мимо темных сырых башен, где слышим шорох Теней. Мы зачем-то воскресили эти тропы... Мы освятим их в Сиянием Лика Пророка...

 

******

Нации ублюдков - потомков Пагату, мы сметаем с лика Ки. О, как сладко было нажимать на гашетку бортовых пушек и с легкостью сбрасывать тонны авиабомб, завершая Ритуал вспышкой

А - BOMB. На этом пиршестве Огня и Льда мы насыщались белым хлебом и сикерой. Наше Дитя пока что голодно...

 

******

Прости, буквы расплываются и слова неразборчивы... Мое Слово мертво и подвешено на крюк за ребро. Мне слышатся глухие стоны - айяты пустот. Может они только почудились? Я затыкаю уши и крепко зажмуриваюсь... Страх гонится за мной. Иркалла дышит в затылок. Дитя гулит и требует Пищи. Покорми-ка его, Фра. Медлительно и протяжно вспыхивает Иероглиф. Я не знаю его значения. Дождь полил как из ведра, предвещая скорый Потоп. Нам дано захлебнуться в его теплой глиняной воде. Пророк Под Покрывалом проклял нас. Мы ослепли и ползаем как слабые беспомощные котята в струях хохочущей воды. Ла-асу - Иероглиф проносится над нами...

Спаси нас! Ты слышишь? Спаси наше Дитя! Разорви пасть Зверя!

Нас будет вечно ужасать Сиппат, ибо боимся обратится в Пищу. Дитя проглотит нас и улыбнется улыбкой Лунного Херувима. Оно сможет нажать на гашетку и свершить божий план.

Гром ударил молотом Тунара...

 

******

Оно было слишком непонятным, неясным, несовершенным. Это Существо. Нечеловек. Незверь. Нечто. Институт занимался им вечно. Он жаждал заполучить его себе. Сотрудники вычисляли его параметры, руководствуясь Гермесом и Горбигером. Они вычерчивали мерцающие пентаграммы магическими мелками и распевали: "Шехем-Фореш!" Доктор Z писал толстенные тома отчетов Рейхсфюреру, который оставлял аккуратные пометки на полях страниц и торопил с завершением исследований. Институт напрягался, перерабатывал миллионы в топках, но ОНО отвечало ему МОЛЧАНИЕМ. "Мое маленькое Дитя! Ах, мое маленькое Дитя!" По Имперскому радио передавались заклинания Мессира, способствовавшие всеобщему прогрессу и процветанию. Это было чудесное Время. Время Пророков. Они появлялись из Сетей и приносили Откровение.

А Существо продолжало молчать. Оно видело свои СНЫ.

 

******

Великая Южная Земля, сокрытая под Вечным Льдом, знавшая Тление Вселенных, породила ЕГО. Он радовался рождению, ибо открыв глаза он узрел Иероглиф, сходивший с небесного свода со Скрижалями в деснице. Он положил их ему на грудь и прошептал: "Помни и жди!" Дингиры танцевали вокруг его колыбели под свист флейт и стук барабанов. Один из них, низвергнутый с Высокой Горы, поднял его высоко над мирами. Увидев их в реве ХАО, он пронзительно засмеялся. Они легли в его маленькую ладошку. "Они прекрасны! Они мои! Я породил их моим рождением!"

Играй ими, Дитя.

 

******

Доктор Z нашел ЕГО недалеко от Полостей, заключенного в ледяную глыбу. Кулулу патера Деница погрузили находку на Барку, предварительно уничтожив лишних свидетелей. На перевалочной базе его сфотографировали, обмерили и тщательно описали. Позже доктор телеграфировал в Институт об этом Событии, где подготовили все необходимое оборудование. Рейхсфюрер дал свое высочайшее согласие на извлечение Существа. Осталось только ожидать ЕГО Пришествия.

В день Пришествия фюреры собрались в залах Барки, где нараспев стали читать ЕГО Скрижаль. ОН услышал их призыв и откликнулся. Глыба льда расплавилась и освободила ЕГО. Он вздохнул остатками легких и простер изуродованные конечности над потрясенными людьми. Для него они были существами странными, мягкими и хлюпкими. Они что-то бормотали на своем языке, склонившись над ЕГО Знаками. Он еще помнил прикосновение Иероглифа.

"Сокрылись в юру Солнце с Луною в пене кровавой в час Фимбульвинтер".

Он еще помнил ЭТО, ибо был ЭТИМ. Он варился в тигеле МИРОВ и вышел оттуда в сиянии с раскрытыми крыльями. Дитя открыло глазенки и устремилось в Небесную Дыру, где Вральда ожидал его на вершине Древа. Он проглотил его и выплюнул обратно. Дитя открыло глазенки...

 

******

Продизенфицируйте это дерьмо, герр доктор и дайте ему наркоз! Да, чуть не забыл, Девятая Мантра Скрижали! Не перепутайте, черт побери!

Яволь! Нам нечего путать! Яволь! Нам нечего путать!

Яволь! Яволь! Яволь! Яволь! Яволь! Яволь! Яволь! Яволь! Яволь! Яволь!

 

Мастер Н

Имперский штатс-медик

XIXVIII/2289/3099

Относит.: размножение

В связи с докладом Рейхсфюреру

23.XI.2323

 

Мессиру Z

Эзенбург SW 11

Вирт-штрассе 23

 

Мессир!

 

На позапрошлой неделе эксперимент почти был завершен в присутствии Коллегиума. Доктора обсуждали новые методы вживления и размножения Существ, но отметили, что материал из Дильмунского блока малопригоден, так как более заражен и подвержен проникающей радиации.

Продвижение, безусловно, есть. У подопытных появляются признаки Существа, что видно по представленным картам. Они реагируют на предложенную Орденом Девятую Мантру Скрижали и впадают в глубокий транс. Естественно, они начинают вещать и чертить Иероглиф, хотя нам трудно понять его основной смысл и назначение. Это глас иных Миров, которые мы только начали осваивать. Поэтому я настойчиво прошу прислать копии архива Барки, где по моим сведениям есть фотографии Иероглифа.

Следование вашим указаниям беспрекословное. Так, при переводе материала в Натцвейлер полностью была устранена опасность WCWV, проведена дезинфекция и выдана чистая одежда (322 самца и 50 самок).

Одновременно следовало бы позаботиться о размещении в короткий срок 30 самок в лагере Натцвейлер.

 

Да хранят вас боги Эзенбурга!

 

Копии: а) Мастеру SD;

б) Гросс-фюреру-хари Z.

 

******

Да, вы где то там. Вы там, за бронированными дверями. Вы молитесь на меня и трясетесь за свое Существование, ибо я чувствую это. О, как вы дрожите там и смотрите на меня в синий глазок. Я здесь... Я здесь... Deus Ex Maschina...

Красотки из Восточного Блока отогревают меня голыми телами. Я чувствую их жаркое дыхание и прикосновение воспаленных грудей и животов. Суккубы доктора Z приходят в оргазм и учащенно стонут. Вам не испытать этого, о мессиры! Вы боитесь содрогания титановых балок Иероглифа. Он обрушится на вас. Das ist Fimbulvinter...

Ritual-Kunst. Искусство проникновения в Небесную Дыру у окончания Всего.

Духи ждут.

 

"Помни и жди!"

 

******

В день оный Андрогин воссиял в злате Восхода. Двенадцать Солнц палили Земную Чашу и выжигали твердь Нового Эона. Свет изливался из Сосуда и обращал в пепел, развеваемый ветрами. Время умерло. Шествие Элохимов продолжалось. Грифель очерчивал План на гладком пергамене. Оставалось только нажать на гашетку.

 

******

В день оный...В день оный...В день оный...

 

******

Ангелика, я любил тебя! Ангелика, я любил тебя! Я обожал тебя всю! Я готов был сожрать тебя, но ты ушла...Я люблю свежевать девиц из Восточного Блока и поручать приготовление явств лейб-повару Н. Здесь, в Эзенбурге, мне тошно среди избранниц, которые как по приказу ложатся в постель. Ангелика, я любил тебя! Они ненавидели тебя, эти сучки... Я содрал скальп с Эвы и повесил его над твоим саркофагом, где выгравирован твой образ. Я храню тебя до Восхода Двенадцати Солнц. Ты воскреснешь...Ты вернешься под маской Посланника. В день оный...

 

******

В день оный... Когда я перевернулся на правый бок, то ощутил холодное прикосновение крыла. Оно было явью. Живое. Трепещущее. Мое. Я фыркнул и чуть приподнялся. В лазуритовых глазах отразились тлеющие угли Миров. Пылающий Эзенбург пребывал в летаргической коме. Пробуждения не было. Боги молчали. Я стал частицей Иероглифа. Я сумел прочесть его и ужаснулся. Да, я увидел Сиппат и ступил на него. Ганзир хрипел и раскрывал все семь врат. Невидимые привратники пропускали меня. Ибо они и были тем Словом, что скрывал Иероглиф. Пророк Под Покрывалом. Намаз был слишком долгим...Иншалла, братие! Иншалла! Erwache! Гашетка нажата и все окончено согласно божьему плану. Все окончено...Грезы свершились...

Двенадцать Солнц - Двенадцать Свастик блестели на рогах тиары. Иероглиф пребывал на вновь обретенной Высокой Горе, в своем Святилище. Его мухаджиры пели Песнь Пробуждения, струя из серебряных чаш мед и сперму. О, восходящий Энлиль Бездны! О, шествующий Пророк! Грезы свершились...

Ангелика полулежала у моих ног, прижимая к груди Дитя, мирно спавшее у нее на руках. Моя Девственница улыбалась, вглядываясь в раскрытую пасть Ганзира. Номады Пангеи возжигали огни на руинах пирамид и вопили хвалу Иероглифу. Хадж начался. О, этот День Оный! Великое Неповторимое Действо. Мистерия Дахаки Великолепного, записанная всеми письменами Бога.

 

"Сокрылись в юру Солнце с Луною в пене кровавой в час Фимбульвинтер".

 

Эйа, эйа, алала!

 

23-Wolfheimr-23

(von Jarl Widar - seite I)

 

" Всепобедно продолжался ослепительный день"

" С тех пор все, чем я занят - ПРОБИВАНИЕ ПУСТОТЫ"

А. Цветков "ТНЕ"

" Было время, я жил, словно боги !!!"

Арно Шмидт "Республика Ученых"

 

Ангелы парят над нами, предвкушая Великий Юл - ТОТ, КОТОРЫЙ ГРЯДЕТ. Его ожидает каждый - от последней шлюхи Верховного Иерея Башни до улыбающегося Колесничего. Он есть Начало и Конец. Великий Юл. Эон Лабриса. Битва против Дасью. Песнь Аса-Йана-Сиппе. Восхождение на Куффштайн в Перевернутом Элизиуме. Ангелы любят этот День-ТОТ, КОТОРЫЙ ГРЯДЕТ. Ты должен его вспомнить. Ты должен войти в его Полночь и стать частицей Лабиринта. Быкочеловек хрипит где-то в его центре, на точке Полюса. Он выжидает и требует жертву - Большую Требу. Иди и накорми его. Он голоден и грезит во тьме. Грезящий Зимней Кровью. Ждущий своего Секироборца. Того, кто пустит его Зимнюю Кровь. Оленя-Скальда в предрассветном червленом Злате.

Да, это был Рассвет. Только розово-красный, морозный и прозрачный. В нем было какое-то таинство и неразгаданная загадка. Особая прелесть и зыбкость Начала. Я прикрыл глаза и вдохнул пряный воздух. Сразу стало как-то хорошо и благолепно, как выразился бы Вельтайслерефюрер. Я прислушивался к его советам. Мы с ним часто спорили об Перевернутом Элизиуме и об Анналах Башни Ликорн-Мордор. Я спрашивал о Таинственных Манускриптах, помеченных "ведьминой лапой". Он ухмылялся и говорил о тщетных попытках их прочитать. "Разве ты не знаешь о Розовых Иероглифах Неба? Их никто не смог расшифровать. О, это Тайна Тайн, найденная Архивистами...Я штудировал их день и ночь, но Закат сокрыл их от меня. Это было так давно. Перед Рассветом" -, он говорил немало бреда, но в нем что-то скрывалось. То, что я не мог разгадать...Он был моим гуру, хотя он об этом не знал. Очарование Розовых Иероглифов Неба сопровождало меня всю жизнь. Я помню, как стоял у его посиневшего трупа, подвешенного за ноги на виселице около Башни. Его принесли в жертву Охотнику. Он болтался рядом с окаменевшими тушами кабанов, жеребцов и баранов. Тут же валялись изгрызенные и обветренные кости прежних подношений. Меня чуть не стошнило при виде здоровенного волкодава, который грыз наполовину истлевший труп какого-то бедолаги, попавшего в лапы блотере по Ежегодному Жребию. Я живо себе представил, как его и других, одетых в ритуальные робы, грузят в грузовики и везут к Башне. Толпа стонет и требует боли. Хрипят удушаемые. Орут ретрансляторы. В облаках с визгом проносятся истребители, штурмовики и бомбардировщики. На стапелях ракетодромов раскаляются "дракены", "турсы" и суперновые "зейфриды". А людям хочется смотреть на предсмертные судороги. Это их возбуждает и доводит до оргазма. Мужчины, затянутые в матовую кожу, татуированные сплетающимися змеями, вымершими зверинами и рунами, салютуют каждому висельнику. Они орут: "Да! Да! Да! Еще! Еще! Еще!" Женщины, унизанные драгоценными каменьями, золотом и серебром, полуголые надушенные самки, в экстазе обнажают груди и кричат от восторга. Дети прыгают тут же и играют костями. Собаки рычат и дерутся друг с другом и с детьми. Иногда кусаются. Дети плачут и жмутся к разодетым родичам. А тем не до них. Они кейфуют от вида задыхающегося Вельтайслерефюрера, выбранного согласно Ежегодному Жребию. Колесо поворачивается. Охотник несется в дымных клубящихся тучах...Вальдес Хиар. Последний гон пред Юлом. Пред пусканием Зимней Крови...

Клонило в дрему. Глаза тяжелели и закрывались. Холод давал о себе знать, пробираясь в поры мундира. Он студил через белоснежно-раскольническую рубаху с вышитым на ней ASS. Здесь, в Метрополии, зима была фрактальным действом, почти Откровением. Там, откуда я прибыл, давно уже об этом знали. 23 знали. 23 послали меня в Башню.

Тренькнуло "визио". Я поднял трубку и нажал на клавишу панели.

Херрен, вас вызывает Гроссенмейстер! Введите предварительно пароль. Яволь. Подтверждение получено. Соединяю.

Я слушаю вас! Как прошло инспектирование? Какие новости из Приграничных гау?

Ничего сверхособенного, херрен Гроссенмейстер! Экспериментальные образцы взбунтовались и захватили шесть этажей "Доры". Они даже сумели повредить нервный ствол одного из "зейфридов". Мои подопечные выжгли их напалмом.

Я припоминаю, херрен, вашу излюбленную тактику. Вас не тянет нырнуть в потустороннее. Вы более доверяете эйнзатцгруппам. "Зелень" вы принудили к повиновению именно так.

Так точно! Правда те прибегали к услугам шаманов и спецподразделений из Коридоров. Они взорвали реакторы на Западном побережье и превратили 15 млн. в серую труху.

Это все от недочеловечности, мой друг. Вы помните девиз Управления: "Храни кровь в чистоте!"? Эти слова более чем верны. Так повелось от начала мироздания. И так будет. Вы готовы к Обряду, херрен?

Яволь! Да! Да хранят нас боги Великого Юла!

Яволь! Да будет так!

Щелчок обратного отсчета привел меня в чувство. Я бросил взгляд на часы. 6:00 по имперскому времени. 23 :00 по часам Приграничных гау. Хорошо бы принять горячий душ и забраться под нагретое одеяло. И так трое суток не спал. Гипнос, однако, странный малый. С ним ничего нельзя поделать. Это всего лишь чувства. Чувства... Еще раз чувства... А бордели в Приграничье хороши. И "пища богов" может забросить в объятья одалисок Сокрытого Старца.

Метрополия постепенно оживала. Люди ерзали туда-сюда. Кто в офисы Управления, кто в Училища Башни, кто в подземные цеха Машины Иерея, кто на подготовку Ежегодного Жребия. Молодые женственные офицеры из Орденсбурга отсалютовали мне и взяли под козырек. "Кальт! Данкельхейт!" Часть Города еще реставрировалась после бунта "аффе". Спешно сооружался монумент Павшим Заградителям. Чернокожие Утешители в золотых масках вводили инъекции каким-то желтым уродцам. Репетиция. Они заметили мой "фольксваген" (даже сам Круг Двенадцати пользовался исключительно "народной маркой") и вытянулись.

До Башен было не так далеко. Правда перед этим надо было пройти ген-контроль и сверить свое ДНК в Архиве Управления. Офицер в плаще 20 категории в сопровождении троих верзил с автоматами хрипло бросил: "Руки! Твою мать! Руки! Я их должен видеть! Так. Хайнц, возьми у него анализ! (Укол был внезапен. Тонкая полая игла вонзилась в палец. Кровь брызнула на ворот мундира). Подтверждение получено. Проезжайте, херрен. Пройдете еще два анализа " S" и " W". Проезжайте".

Дорога шла мимо лагерей для Материала. Вайс Авен и Эден Айн требовали свежих подопытных. Они были слишком щепетильны в этом вопросе. Это уже никого не удивляло. Вслед за отравленным "Циклоном - Б" Мастером Йозефом, астральная субстанция которого иногда вызывается из Иномерья спецами из подразделения "Навь", им уготована грандиозная роль в предстоящем Обряде.

Башню я посещал несколько раз. Мне приходилось говорить с ее прежними владельцами (большая часть из них окончила жизнь на виселице или в Лабиринте). Особенно запомнился Мастер Йозеф со взглядом хэль-персефнаи. Так мне казалось. Мы с ним сидели за тяжелым дубовым столом, пили глинтвейн и жевали тарталетки. Где-то под гулкими сводами залы оркестр бряцал Бартока. Был канун Летнего Солнцестояния.

Вы кажется интересуетесь Тайными Манускриптами Анналов Башни? Это заманчиво...

О, да! Они огромны, как я слышал. Тайны на то и есть, чтобы заманивать.

Километровый бункер, молодой человек! Книги. Фолио. Пергаменты. Иероглифы. Трупы. Трупы...Иероглифы. Гурии. Вы слышали о завершающей Суре Фиолетовой Тени? Ее нужно читать ровно в полночь у ониксового алтаря...Романтично, молодой человек. Итс бьютифул, мэйн лиэбе!

Что слышно о трудах Иерея Башни? Я слышал о завершении Третьей Части...Она бесподобна.

Да, юноша. Она написана особыми чернилами на особой коже. Он следовал хуркалье и следил за звездами. Он слышал пение ангелов у престола Господня. Вас это так интересует? Вам нравится вкус Зимней Крови?

Тогда он упомянул Зимнюю Кровь...23 сказали мне: "Она холодна, но открывает Вечность - Эвигкейт. Выложи это слово и мир будет твой (и пара коньков в придачу)".

"ХАГАЛЬ - самое холодное зерно;

КРИСТ создал мир давно".

"Возрадуйся, ибо познаешь суть Начала и Конца", - завершили тогда 23. Завернись в волчью шкуру и стань Охотником. Сожри пухлое Старое Светило и корчись, корчись, корчись...

Где-то в самом углу подсознания варг воет на мерцающие звезды. Снег скрипит под его лапами...А след превращается в бросок рун. Урд-Вернанди-Скульд. Логово в корнях "Коня Страшного". Кровь Оленя у потока Эливагар.

Башню выстроили, наверно, двенадцать тысяч лет назад на руинах уступчатого сооружения Стариков. Башня была всегда. В самом центре колоссального корогода менгиров Башня прорывала темный облачный плед и самая ее вершина упиралась в Престол. Там сверкал ослепительный Свет. Владельцы и Особо Посвященные поднимались туда по полуобрушенной Лестнице и слушали Небо. Оттуда они и принесли Розовые Иероглифы, которые ныне запечатаны в саркофаге Лабрадея. Одного из Ангелов. Победителя Быкочеловека. Тот, Кто Знает Лабиринт. Тот, Кто Может Выйти из него не заплутав. Однажды я спросил у блудницы Башни: "Ты видела его?" Она усмехнулась и звякнула ножным браслетом: "Он прекрасный любовник! Он неутомимый пахарь! Он пропахал мое лоно и опьянил...Уподобься мне и пойдем...пойдем..."

Ступив на покрытые инеем плиты Коридора я краем глаза заметил стайку легких Его служительниц. Одна из них поманила меня. На мой отказ она ответила хохотом и отбежала. Передо мной выросла фигура Привратника в плаще 8 категории. "Идемте! В Третьем Холле вы подобающе очиститесь и переоденетесь. Вайс Авен осведомлена о вашем визите. Сейчас она погружена в молитвы о Грядущем Юле. Она беседует с предками".

Третий Холл был мне знаком. Его отреставрировали совсем недавно. Гигантизм а-ля Конец Кали-Юги, римский бассейн, горячая вода, свечи, ладан, свитки Телема и схемы тантрического секса. Четверо девиц (видимо из обожаемого Вайс Авен "Дахау-2". Их выдавали следы стерилизации и татуировки 647 экспериментально-лабораторного блока) помогли раздеться и свели в бассейн. Там они стали обмывать мое уставшее тело и умащать его маслами и еще чем-то пахучим. Это расслабляло. Члены ничего не чувствовали. Клубящийся ароматный пар. Смешки красоток. Массаж. Бардовое выстоявшееся вино в серебряной чаше. Конина, зелень, оливки. Соус бешамель. Пение "Глория Мунди" и развратные действия подопытных Иеродулы Башни.

Через три-с-половиной часа все тот же Привратник выдал мне чистую робу с Хьюлом на груди. Я обул соломенные сандалии и взял в руки барабан с Псалмами Оленя. Привратник подал мне маску какого-то очередного демона и повел на 49 уровень. Он пояснил: "Вайс Авен отдыхает и соблаговолит вас видеть".

49 уровень был мало кому доступен, ибо это была привилегия особо избранных и приглашенных лично Вайс Авен. Никто толком не знал, откуда она появилась в Башне Иерея. Владельцев Башни избирают тщательно и продуманно. Здесь дает о себе знать и голос крови, и внешность, и генетическая линия. У многих она была нарушена после Блота, когда много кто был утоплен в Зимней Крови. Об этом следовало молчать. Но отступники находились. Они пытались безуспешно повторить тот акт. Их ловили, пытали и вешали перед Башней, предварительно препарировав. Верховный Блотере принес тогда много даров Охотнику. В залах Института Метрополии можно было наблюдать его действия, заснятые специально для Хранилища. Четкие и выверенные движения. Нож входит в плоть мягко и бесшумно. Крик жертв почти не слышен. Радость толп велика. В кадре выхвачена обнаженная парочка лесбиянок, совокупляющихся под виселицей. Кровь льется на их тела. А они счастливы. Они любят. Они веруют. Вайс Авен обожала это зрелище. Это доводило ее до оргазма и тогда она отправлялась к предкам. Предки занимались этим от Начала. Об этом сообщают Розовые Иероглифы Неба. Небо кроваво. Небо кроваво. Перед Рассветом, которого не будет.

На мониторах близ Ее покоев дергались какие-то фигуры в экзальтированном танце. В экране одного из них я увидел Вайс Авен в кресле перед жертвенником, на котором курились благовония из Приграничных Лагерей. Она была облачена в легкий белый газ, а на лице лежал толстый слой грима. Украшений она не жаловала, но ее слуги буквально гнулись под тяжестью металла и камней. Вайс Авен скрывала свое истинное татуированное лицо, исписанное Псалмами Оленя. В канун Зимнего Солнцестояния она появлялась перед всеми нагой и в оленьей маске. Она совершала Первый Блот согласно Ежегодному Жребию. Зимнее Солнцестояние вступало в свои права. Охотник вспарывал горло Вечной Жертве. И кровь заливала небеса.

Пустили меня к ней не сразу. Привратник пришел за мной через час и открыл темную древнюю дверь. В покоях царил полумрак и только слышалось чье-то шептание. Вайс Авен молилась и шуршала своими одеждами. Я приблизился к ней. Она подняла лицо и тихо произнесла: "В Пограничных Гау снова снегопад. Льды двинулись на Зоннершмерц-7 и погребли сто тысяч. Льды двинулись на Зоннершмерц-7. Вы были там недавно с инспекцией, херрен? Не отвечайте. Эксперименталы умеют маскироваться под местную фауну, а их колдуны летают на бубнах. Они громко стучат колотушками и глухо поют. Таковы их сезоны, о мой приглашенный". Она, видимо, только что вышла из транса. По гриму стекал пот и оставлял темные дорожки. Губы дрожали. Глаза смотрели мертво. Она приподняла руку: "Садитесь у моих ног. И рассказывайте мне о ваших странствиях. Я видела вас во сне, а мой песнопевец сложил о вас песнь. Она печальна и необычна. Она о вас, херрен. Вы любили когда-нибудь во время Блота? Да, вы посещали бордель во время Поста и ели конину под соусом. А соус тогда пролился вам на парадный мундир и вы слизывали его влажным воспаленным языком. Вы пригубили немного коньяка и поразились его вкусу. Вы же так любите коньяк? В обнимку с раскрашенной девкой на мокрой простыне с рюмкой в руке. Она распустила губки и играет вашим естеством. Усталость после инспекции Пограничных Гау клонит вас в сон. Но девка не дает уснуть. Вы рассказываете ей про затхлые переходы Коридора и про сексуальные извращения "аффе" из Теплых Зон. Офицеры вашего подразделения насиловали черноволосых рабынь на изоляции труб. Вы же участвовали тогда в этом? А позже, в борделе, после орального секса признались в этом золотоволосой девке, заставив ее танцевать непристойные танцы. Об этом поется в песне, херрен".

 

В переходах хромированного пластико-стального "зейфрида" запросто можно было потеряться. Дрожащее трехмильное тело, снабженное новейшими достижениями в области Имперской Науки. Созданное руками лучших из лучших Института. Его Сердце поминутно взрывалось ослепительными вспышками и гудело по всему ракетодрому. Я находился где-то на 2456 уровне, который отличался обилием сверкающих панелей и генных кодов-паролей. Все это выглядело очень монументально и внушало почтение. Пока в Метрополии еще ничего подобного сотворено не было.

Меня откомандировали от Управления проверить Нервный Ствол, специально выращенный на основе супербиотехнологий Института и Башни. Лично Гроссенмейстер и сиятельный Эден Айн снадбили меня паролем-кодом на этот запретный уровень, где высился, разве что сравнимый с собором, причудливо выгнутый комплекс. Все подходы к нему крайне строго и ответственно охранялись Утешителями и плащами 12 категории с пулеметными установками. Меня пропустили без всяких хлопот, предварительно снадбив маской и прорезиненной накидкой. Я получил личный допуск в Системе "зейфрида", попав в список 5-м после высших чинов Метрополии. Внутрь этого живого собора попасть было не так-то легко. Там ворочались упругие мускулы и бежала цвета темного "Бордо" искусственная кровь. Очередное Сжатие (за сутки их происходит около 10 000) оставило на зеленоватой спецодежде густые скользкие подтеки. Это не привело меня в восторг. Чуть выше я заметил какое-то движение. Что-то метнулось в тень и замерло. Я знал, что для обслуживания Ствола в "Дахау-2" Иеродула Башни собрала из ошметков плоти Придатки, через которые струилась кровь. Одна часть их погибала моментально, другая часть размножалась путем деления. Я поднялся по вживленному эскалатору на тот уровень, где я видел кого-то. Существо, спрятавшееся в пульсирующей нише, поразило мое воображение. В нем соединились несколько кусков от человека, лошади и рептилии. Кентавр с признаками нага. Он угрожающе пошел на меня, издавая рык из широкой редкозубой пасти. Я выхватил портативный парализатор и приготовил его к атаке, как вдруг существо рухнуло на свои изуродованные конечности и захрипело: "Стой! Стой! Не надо! Я не хотел! Я говорю..." Я подошел поближе. Оно повернуло ко мне чудовищную морду. На ней были слезы. "Стой! Стой! Не надо!" Его пять глаз уперлись в меня и пробили навылет. Я увидел. Я тоже закричал: "Не надо! Стой!"

- - Осколки...Размытые смеющиеся лица полулюдей - получудовищ. Кислый запах. Эмалированный таз на влажном кафеле пола. Не надо! Не надо! Стой! - - - - Пощадите, херрен! Поща... Оставьте меня...На трогайте меня. "Так, этого ублюдка везите в операционную. Аккуратно, не повредите голову и конечности". - - - -

Я боюсь. Я боюсь. Я боюсь. Они сожрут меня. Я видел их в детстве. Мать повела меня и сестру в Теплые Коридоры. Мы шли долго, перелезая через обрушенные стены и перепрыгивая узкие и бездонные щели. Я видел несколько разрозненных фрагментов скелетов, заросших тяжелой траурной пылью. В одном из них ворочались громадные крысы. Я заплакал и ткнулся матери в подол: "Я боюсь! Я не пойду...Мама...Мама..." Мать дернула меня за руку: "Не кричи, голосистый! А то придут Утешители и всадят в тебя шприц. Боишься? Бойся...Это Священные Могильщики Лагеря". Потом она стала напевать скрипучим голоском песню о несчастном придурке, влюбившемся в развратную бабищу. "Вот так-то, крикун! Тише...Тише...Они не любят живых. Они верят только своему нюху" - - - - Я боюсь, мама. Я...!?!!!?

Год 41-19 Эры Великого Блота. Я шагаю в колонне выпускников Орденсбурга. Над нами развеваются знамена с эмблемой Лабрадея. То тут, то там порхают ретрансляторы. Иерей Башни орет: "Повиновение! Повиновение! Повиновение! Дети мои, повинуйтесь и обретете Тайну Тайн! Дети мои! Дети мои! Дети мои! ЗИМНЯЯ КРОВЬ!".

Год 42-19 Эры Великого Блота. Пограничные Гау. Оркестр из исхудавших "доходяг" играет полузабытые марши. "Зоннершмерц-7" - Зона Льда. Эксперименты по переохлаждению. Санкции Института. Отчет на 1500 страницах. Лысые желтые девки из женских бараков. Электрифицированная ограда. Алтари, вмерзшие в скалу. Ветер со скованного льдами океана. ЗИМНЯЯ КРОВЬ в деревянной чаше. Руки дрожат. В глазах туман. Шепчущий голос. Багровый закат в облаках. Тишина в комнатушке на третьем этаже лагерного приюта. Властный окрик. Выстрел. Молчание...

Год 43-19 Эры Великого Блота. Колесничий протягивает тебе вожжи. Ты берешь их неуверенно, несмело. Колесница ждет тебя. Лошади фыркают и прядут ушами. Ты вспоминаешь навыки, полученные во время учебы, но подзабытые тобой из-за бесконечных попоек и утех плоти. Назидательные фильмы Центра Мягкой Реабилитации возвращают тебя в норму. Ты опять становишься твердым и преданным. Лошади понесли по пустым улицам Метрополии, выбивая искры подковами из мостовых. Ночь для тебя, о возлюбленный ЗИМНЕЙ КРОВИ!

Год 44-19 Эры Великого Блота. "Тише...Тише...Они не любят живых, Священные Могильщики Лагеря, дети мои! Все по нарам, мрази! Все по нарам! Тише, охрана идет! Порядок в камере! Так, кто тут вякает больше всех? Кто самый крикливый, твою мать? А ты, пидор, что лыбишься? К Утешителям его, ублюдка! Не рыпайся, тварь! А кто ты еще? Тварь! Тварь! Тварь! Руку сюда, "аффе"! Руку! Сестра, три кубика в вену! Пусть уснет. Как там идет продвижение доклада для Института? Пожалуйте сюда, херрен. Здесь у нас 100% стерильно. Не опасайтесь инфекций. Но на всякий случай пройдите вакцинацию..." Шлепающие шаги по холодному полу. Падающие капли громко ударяются об металл раковины. Шипение в медблоке расстроенного прибора. Неоновые светляки в коридоре. Все как-то странно...Детский шепоток у самого уха.

Год 45-19 Эры Великого Блота. Светящиеся радиоактивные руины. Смрадный и сладкий ветерок из гниющего чрева Башни. Под ногами расколотое, оплавленное зеркало, в котором отразилась часть тебя. Ты разглядываешь себя долго, изучая собственные искажения. Покореженность нравится тебе. В Орденсбурге тебя учили любить все прямое и бесконечное. Тебя приучили к горизонталям и вертикалям. И ты любишь их, дитя. Тебя же научили. Ты обязан Это любить. Сзади что-то тебя толкнуло. Ты обернулся - одетый в лохмотья ребенок неизвестно какого пола, короста на лице и сильный ожог от излучения. Он чуть слышно говорит тебе: "Ты чужак, дядя? Я боюсь тебя! Я боюсь тебя! Стой! Стой!" Я достаю из подсумка плитку бульона, упаковку сухарей и протягиваю ему. Он берет с опаской и пытается улыбнуться мне. В глазах его слезы...

Год 46-19 Эры Великого Блота. Лабиринт. Липкая темнота с чернильными прожилками. Невидимые тени и шепот пустот. Рука ощупывает сырые стены. В лицо наотмашь бьют тепловатые порывы ветра. Что-то не так, херрен? Страх крадется за тобой после камер Зоннершмерца-7. Ты готов обмочиться от собственных мыслишек. Милый, милый мой...Ты вывернутое наизнанку существо. Не существующее. Не существенное. Просто существо, вошедшее в Лабиринт.

 

"Все очень просто, херрен...Все так просто. Об этом уже давно написано в Тайных Манускриптах Башни. Ты читал их, когда тебе исполнилось двенадцать - совершеннолетие. Тогда ты впервые начертал свою Руну на каменной полуискрошенной Стене Предков. Отец и Наставник подвели тебя к ней и показали чуть видные росчерки твоих родичей. Вот прадед твой, павший на Венусе, а вот и дядина вязь. Ты не помнишь дядю? Он частенько наведывался к вам в Метрополию по делам Управления. А однажды он повез тебя к монументу Ацефала, которого поставили здесь рядом с Тотенбургами. Гигант потряс тебя. Ты прижался к дяде, ты боялся, что он раздавит тебя, такого беспомощного и слабого. А океан тогда медленно накатывал на выщербленный берег. Он с шумом налетал и отбегал сердясь. Дядя поднял тебя на руки, и ты вдруг увидел его лик - лик потерянного божества, выброшенного на изумленную твердь из Небесного Града. Только он не разбился, а врос корнями в землю, и теперь грозит своей невозмутимостью и неоконченным восстанием. Ведь ты помнишь это? Ты же помнишь запрещенного Делла Риверу? Тебя же учили этому?"

Вайс Авен говорила завораживающе и пространно, как будто пела вардлок. Она напоминала мне Вайс Фрау, обладательницу "ведьминой лапы - drudenfuss". Ее ладонь я запомнил навсегда, когда в детстве впервые увидел Ацефала.

Она приложила к моему лицу теплую ладонь. Я невольно содрогнулся. Она заметила и сказала: "Кого ты боишься, херрен? Кто тебя мучает? Какие инкубы? Или суккуб пришел к тебе в Полночь? Ответь мне". Но я промолчал. Я трусливо промолчал, ибо мой Юл еще продолжался. Ангелы парят над нами, предвкушая ВЕЛИКИЙ ЮЛ - ТОТ, КОТОРЫЙ ГРЯДЕТ.

Наверное на Куффштайне я ощутил близость суккуба, схожего с Шахерезадой из прочитанных Наставником сказок. Она была именно такой, какой я ее себе представлял. Темноволосой, со вдумчивым неразгаданным взором, тонкими руками и умопомрачительной фигурой. Ее полупрозрачные одеяния как раз подчеркивали это. Возникало невольное желание близости. Она раскинулась на шелковых подушках, опрокинув золотой бокал на пушистый хорасанский ковер. Губы чуть приоткрылись, приоткрыв ровную линию зубов и кончик манящего языка. Хотелось овладеть ей, читать до изнеможения персидских поэтов, наигрывать на лютне и вдыхать ароматы гаремного сада. Изящная ножка, обтянутая сафьяном, притронулась ко мне. Изящная ножка Будур-пэри. Дивная, ах дивная! Грезы Принца на Горе Самоубийцы. Еще один глоток ЗИМНЕЙ КРОВИ...

Она увлекла меня в пески, в руины какого-то неизвестного мне города, из стен которого утекла тоненькой струйкой жизнь. От былых его обитателей остались разноцветные черепки посуды, письмена на камне и глине, гробницы их правителей, превратившихся в пыль. Солнце немилосердно палило песок, выжигало внутренности остовов жилищ, дворцов, храмов и публичных домов. Только желтые ящерки грелись на коленях местного обезглавленного божка. Она показала мне на чернеющий узкий вход в обрушившееся кубообразное сооружение, принадлежавшее, видимо, священнослужителям. Мы вошли под его горячие своды, прошествовали мимо сухого бассейна, анфилад комнат и потайных убежищ, приоткрывшихся ныне. Она плыла впереди меня, а я следовал по ее течению. В большом зале, вымощенном истертыми плитами, мы остановились. В центре стояло внушительное ложе, искусно вырезанное из зеленоватого камня. Она сбросила с себя все и упала на него, поджав идеально круглые колени. Я метнулся к ней, но поскользнулся, упал, разбил лицо и руку. Она спустилась ко мне и присела рядом. Я ощутил ее распущенные волосы, губы и язык на окровавленном лице. Она слизывала кровь и утоляла жажду...Она насыщалась слишком долго. Ведь это был ее Город. О нем я слышал от Иеродулы Башни.

Куффштайн. Встреча с суккубом, бывшем моей шакти - шакти Перевернутого Элизиума. Гора расплывалась под ногами, а я вбирал ее глыбу. Она была жертвенником, на котором я познал ее прелесть и слился с ней в Рассветном Браке. Я сжимал ее в объятиях и медленно издыхал от яда, пропитавшего все внутренности. Я рассыпался костями на вершине и меня уносил Борей-Сеттримон. Внизу кто-то беззвучно восхвалял мой полет и описывал его Розовыми Иероглифами Неба в Тайных Манускриптах Башни. Куффштайн. Цианистый калий в зубной коронке. Горечь отравы под стенания ретрансляторов.

Вайс Авен молчала, но потом извлекла из себя обрывки, на слух напоминавшие параноидальные молитвы "аффе": "Ацефал показал тебе путь через Океан, но ты испугался. Ты не стал рисковать. Ты напялил на себя шкуру гибридного существа из Нервного Ствола "зейфрида". Ведь ты не любишь Параллели и Вертикали? Кентавро-наг швырнул тебя на самое дно и растоптал копытами. Ты не знал ответа на его путанные загадки. Деформация. Деформация, херрен. Я видела флейту из твоей пожелтевшей бедренной кости и копалу из вместилища твоего страха. Ты пребываешь в объятиях призрака. Ведаешь ли ты? Ацефал напомнил тебе смутный рассказ о неком хитреце, пострадавшем за это перед богами, и спустившимся в Преисподнюю, чтобы встретиться с тенью отца. Ответил ли он ему? Что он сказал ему перед Рассветом? Что он сказал? Что он сказал? Это твое брачное ложе, херрен..."

 

Год 47-19 Эры Великого Блота. Куффштайн и Суккуб на ее вершине. Туда поднимался Самоубийца и над облаками свершал свой Зимний Блот. Блот, о котором мне сообщили в Архивах Института. Гроссенмейстер извлек откуда-то пожелтевшую папку и вытащил оттуда истрепанный листок, подклеенный в нескольких местах. Он молча протянул его мне и произнес: "Об этом вы хотели узнать не так давно, как говорил мне покойный Мастер Йозеф. Он передал мне вашу беседу в Башне. Вы слишком любопытны, молодой человек. Слишком проницательны, мой дорогой. Вы достигли результата". Я пробежал глазами по полустертому тексту, написанному беглым почерком красными чернилами. Они мне, почему то, напомнили засохшую кровь. Темные красно-бурые буквы складывались в бесконечные иерархии, которые я стремился прочесть. Некий словесный храм на листе. Буквы, слова, диаграммы, знаки, непонятные мне термины. Как инструкция перед Скончанием Мира.

Непорочность...Безвременье в Розовых Иероглифах Неба...Ночная Эйлифия в нише подземелья, куда я спустился с Мастером Йозефом. Мы шли с факелами в руках и освещали себе путь. Потом мы увидели Ее. Она полуулыбалась нам. Завороженные, мы смотрели на нее и ожидали откровения. Над нами гудела Метрополия...Выше были только Небеса и Вечность. Иереи Башни искали ее, чтобы поместить в Зал Ритуалов, но мы сокрыли от них нашу находку. Все было молчаливо и торжественно. Владычица Розовых Иероглифов Неба. Вайс Фрау. Drudenfuss.

 

"Это твое брачное ложе, херрен! Это твой миг экстаза. Проникновение в ангельские миры, где Херувим-Хагаль пронзит тебя острием и принесет Великий Блот перед Грядущим Юлом. Он сорвет с тебя твою никчемность и напялит шкуру Охотника и ты понесешься в его Свите. А за тобой последуют тени...тени...тени...Тени, похожие на тебя. Ведь ты частица Охотничьего Гона. Под тобой проносятся куски земель и стран, империи, королевства, республики, братства, ордена, роды и семейства всех видов существ. Люди тычат в тебя пальцами и разевают удивленно рты. Им невдомек твой глупый порыв. Да и осознаешь ли ты его сам, херрен? Ангелология и поиски Самоубийцы на Его Горе. Ты желаешь удержать Его Находку и заигрываешь с трансцендентным? Но это может окончиться для тебя погружением в воды Забвения. Ты захлебнешься и не выплывешь. Ты растворишься в этом AURUM POTABILE и станешь Владыкой Морских Звезд, херрен...Я прочитала это по тебе. Ты пытаешься преодолеть притяжение смертельных потоков, но они засасывают тебя и не выпускают обратно. Все может окончится в один миг. Все может логически завершится и Лабиринт поглотит тебя. Херрен, ты слышишь это?"

23 знают об этом. Они послали меня сюда, на край света, где все пребывает в некой продолжительной спячке. Метрополия потеряла свой королевский облик и черви елозят в гнойном лоне. Проказа перед Грядущим Юлом. Открытие могил и воскрешение трупов, которые смердя шествуют по людным улицам. Перекошенные лица и зияющие пустоты плоти, обнаженность костяков и дыхание тлена. Предки, превратившиеся в прах. Они разучились говорить и только машут остатками рук. Ветер развевает их погребальные одежды, изукрашенные драгоценностями. Некрофагия в парчовом бодуаре. Лучшие шлюхи Башни танцуют перед серыми ледяными молчащими Властителями. Потом они совокупляются с ними и издыхают от неги. Девственные красавицы с остановившимся взором ищут свежих юнцов, полных сил.

 

back to contents

© A c h e r n a r



Дешевая труба вус по выгодной цене. ..

Mon, 30 Jan 2001 21:00:01 GMT